Её свекровь отдала её нищему

Её свекровь отдала её нищему.

Но Валерия держалась. Она молчала, сдерживая слёзы и боль в обветренных руках, цепляясь за воспоминания об отце. Это молчаливое сопротивление раздражало Каталину, которая решила, что физического насилия недостаточно. Я должна была уничтожить её на глазах у всех. Ей нужно было, чтобы весь город над ней смеялся, чтобы она лишилась и последней капли достоинства.
Однажды днем, когда Валерия стирала испачканные простыни под палящим солнцем, Каталина появилась во дворе с кривой улыбкой, от которой у молодой женщины застыла кровь в жилах. «Умойся», приказала она. «В субботу ты выходишь замуж».
У Валерии закружилась голова. Она едва смогла вымолвить слово. «С кем?».
«С Матео», — ответила Каталина, смакуя каждую слогу.

Это имя прозвучало как смертный приговор. Матео был деревенским бродягой. Человек, бродивший по главной площади в лохмотьях, с небритой бородой и потерянным взглядом. Люди переходили на другую сторону улицы, чтобы не проходить мимо него. Дети бросали в него камни. Они называли его «Скупердяем». Такова была судьба, которую Каталина выбрала для себя.
«Если ты откажешься, я выгоню тебя на улицу прямо сегодня, без одежды, без еды и с долгом, который я заставлю тебя выплатить в тюрьме», — пригрозила мачеха.

Наступила суббота. Каталина устроила не свадьбу, а целый цирк. Она пригласила в сад более 50 человек из города, чтобы все стали свидетелями полного унижения. Валерия, вынужденная надеть старое пожелтевшее платье, принадлежавшее её покойной матери, дрожала перед регистратором. В воздухе витали ядовитые шепотки соседок. Затем появился Матео. Он шел медленно, волоча свои изношенные хуарачи. Его окружал запах пыли и запустения.

Когда судья попросил всех подписать документы, Каталина наклонилась к уху Валерии и шепнула ей один сокрушительный секрет: «Чтобы оплатить гонорар судьи и мескаль для гостей, я продала золотую медаль твоей матери. Тебе больше нечего делать, отброс».
Валерия почувствовала, что ей не хватает воздуха. Зрение помутилось. Колени подкосились, и она едва не рухнула на землю под смех жителей деревни, когда вдруг крепкая, чистая и удивительно теплая рука поддержала ее с неожиданной силой. Никто в этом зале не был готов к тому, что должно было произойти…