Гарри Хебер скончался. В детстве он пережил ужасные испытания Холокоста и был одним из старейших волонтеров организации «World Jewish Relief», где продолжал работать на добровольной основе даже в 90 лет. Ему было 95 лет. Нажмите на его фотографию, чтобы узнать подробности о его жизни до самой смерти.

Хебер родился в 1931 году в Инсбруке. Его отец держал магазин тканей и постельного белья, а мать шила пуховые одеяла. Одно из первых воспоминаний Гарри было связано с гусиными перьями: ветер разносил их по двору, и маленький мальчик бегал среди них, представляя, что это снег.
В марте 1938 года Австрия была аннексирована нацистской Германией. Гарри было семь лет. На витрине семейного магазина появилась надпись «Jude». У входа встал эсэсовец, чтобы отпугивать покупателей. Учителя начали носить свастики, а за ними последовали и дети. Однажды одноклассник спросил Гарри, почему у него нет значка со свастикой. «Потому что я еврей», — ответил он.

В марте 1938 года Австрию присоединили к нацистской Германии. Гарри было семь. На витрине семейного магазина появилась надпись Jude. Возле входа встал эсэсовец, отпугивавший покупателей. Учителя начали носить свастики, за ними — дети. Однажды одноклассник спросил Гарри, почему у него нет значка со свастикой. — Потому что я еврей, — ответил он.

После Хрустальной ночи родители поняли, что необходимо спасать детей. В декабре 1938 года Гарри и его десятилетнюю сестру Рут отправили в Великобританию на Kindertransport. Просили только об одном — не разлучать их, но судьба распорядилась иначе.

Рут попала в обеспеченную английскую семью, Гарри — к пожилой паре на ферму без электричества, с керосиновыми лампами. Семилетний мальчик не прижился в новой, он постоянно плакал и просился домой. Вскоре от него отказались, Гарри перевели в небольшой интернат в Кенте.

Через девять месяцев случилось почти невероятное: буквально перед началом войны родителям удалось попасть в Британию. Они въехали как “домашняя прислуга” — один из немногих доступных тогда еврейским беженцам способов получить разрешение на въезд. Семья воссоединилась. Для детей Kindertransport это было редким счастливым исключением: многие так и никогда не увидели родителей.

После войны семья осталась в Англии. Отцу даже предлагали вернуться в Инсбрук и восстановить прежний бизнес. Он отказался. Рут стала дизайнером одежды, Гарри выучился на оптика, работал в Бристоле и Лондоне, создал семью и сделал успешную профессиональную карьеру.

Уже после выхода на пенсию Гарри узнал, что организация Central British Fund for German Jewry, которая в 1938 году помогла спасти его и других еврейских детей, никуда не исчезла. Сегодня она называется World Jewish Relief.

В 1997 году, почти через 60 лет после своего спасения, Гарри пришёл туда волонтёром. И решил делать то, что умел лучше всего: очки. Он создал программу оптической помощи: находил бесплатные линзы и оправы, работал с рецептами, проверял готовые очки и отправлял их людям, которые не могли себе их позволить. Украина, Беларусь, Молдова, Россия, Болгария, Венгрия, Босния — всего более 15 стран. Среди получателей были пожилые евреи Восточной Европы и пострадавшие от последствий Чернобыльской катастрофы.
К концу 1998 года он изготовил первую тысячу пар. Потом счёт пошёл на десятки тысяч.

В общей сложности — более 60 000 пар очков и около 8 500 часов добровольной работы. Даже далеко за восемьдесят Гарри продолжал приходить в офис WJR на два полных дня в неделю.
«Я увидел возможность помочь и вернуть хотя бы часть того, что когда-то получил», — объяснял он.

В 2014 году премьер-министр Дэвид Кэмерон отметил его наградой Points of Light. В 2019 году Хебер получил награду за выдающийся вклад в волонтёрскую деятельность. А в 2023 году король Карл III назначил 91-летнего Гарри Хебера членом Ордена Британской империи — MBE за благотворительность и просвещение о Холокосте.
Отношения с родной Австрией складывались сложнее. Когда много лет спустя во время экскурсии Гарри услышал от гида старую формулу о том, что Австрия была «первой жертвой нацизма», он не выдержал: «Вы не были жертвами. Жертвой был я. Я был здесь, когда они пришли».

Гарри Хебер не был героем в привычном смысле этого слова. Он не совершал подвигов и, кажется, вообще не собирался становиться примером для других. Он просто помнил, что когда-то совершенно незнакомые люди помогли ему спастись — и решил вернуть долг таким способом, каким умел — делал очки для людей, которых никогда не видел.

Наверное, именно так и выглядит добро в реальной жизни — каждый делает то, что может.

Светлая память.