После того, как его предали жена и друзья

Алексей остановил автомобиль. Сколько раз он собирался, намеревался приехать, но так и не находил времени. При жизни матери его не было рядом, после её ухода — тоже.

Воспоминания об этом вызывали в нём отвращение к самому себе. Ведь требовалось так мало — встряхнуть его, чтобы он понял: мир, который он создал вокруг себя, был лишь миражом. Ни одно слово, ни один поступок не имели настоящего значения. Он даже испытывал благодарность к Ирине, своей бывшей жене, за то, что она открыла ему глаза.

В один момент всё рухнуло. Его образцовая для окружающих семейная жизнь, его дружеские связи оказались фальшивкой. Выяснилось, что жена и лучший друг предавали его, а друзья, знавшие правду, молчали. Это стало полным крахом. Все, кто был рядом, предали его. После развода Алексей отправился в родной город. Прошло восемь лет с момента похорон матери, и ни разу за это время он не нашёл времени, чтобы посетить её могилу. Лишь сейчас до него дошло, что мама была единственным человеком, который никогда бы его не предал.

Женился Алексей поздно. Ему исполнилось 33 года, а его избраннице — 25. О, как он гордился, когда видел Ирину рядом. Она казалась эффектной, утончённой. Позже, когда она кричала ему в лицо, что всю их недолгую совместную жизнь ненавидела его, что близость с ним была мучением, Алексей осознал, насколько слепым он был. Её перекошенное яростью лицо напоминало ужасную маску, отталкивающую и страшную. А ведь он чуть не поддался. Ирина так натурально рыдала, умоляя о прощении, говорила, что он постоянно занят и её всегда одна.

Но когда он твёрдо заявил о разводе, Ирина показала своё истинное лицо. Алексей вышел из машины, достал огромный букет цветов. Он медленно двинулся по дорожке кладбища. За столько лет всё наверняка заросло. Он даже не приехал, когда устанавливали надгробие. Всё делалось онлайн, дистанционно. Так вся жизнь может промелькнуть.

К удивлению, оградка и памятник выглядели ухоженными, без единой травинки. Кто-то заботился о могиле. Кто? Возможно, одна из маминих подруг. Скорее всего, они ещё живы. Раз сын не нашёл времени приехать? Он отворил калитку. «Ну, здравствуй, мама», — прошептал он. Горло сжало, глаза защипало. По щекам потекли слёзы.

Он — успешный предприниматель, суровый человек, который никогда не плакал и не грустил. Сейчас же рыдал как ребёнок. И эти слёзы не хотелось останавливать. С ними будто очищалась душа, уходило всё связанное с Ириной и другими неудачами. Словно мама ласково гладила его по голове и шептала: «Ну что ты, что? Всё наладится, вот увидишь». Он долго сидел молча, мысленно беседуя с матерью. Вспоминал, как разбивал коленки и плакал. Мама смазывала раны зелёнкой, дула на них и успокаивала: «Ничего страшного, все мои мальчики коленки били, заживут, и следа не останется». И действительно, заживали. И с каждым разом боль становилась легче переносить.

«Ко всему привыкаешь, ко всему. Только к предательству привыкать нельзя», — повторяла она. Теперь он понимал глубокий смысл её слов. Тогда они казались обычными, а теперь он осознал, насколько мудрой женщиной была его мама. Она вырастила его без отца, но при этом не сюсюкала, а воспитала нормальным парнем.

Сколько времени пролетело, Алексей не знал, да и не хотел смотреть на часы. Сейчас он чувствовал умиротворение. Решил остаться в городке на несколько дней. Нужно что-то решать с домом матери. Конечно, он мог позволить себе оплачивать соседке присмотр за домом, но сколько ещё он будет пустовать? Он улыбнулся, вспомнив, как познакомился с её дочерью. Когда договаривался о присмотре за домом, познакомился с Катей. Ему было так плохо тогда, так горько. А Катя оказалась отзывчивой. Они встретились вечером, разговорились, и всё произошло само собой. Утром он уехал, оставив записку с указанием, куда положить ключ.

В глазах Кати он, возможно, выглядел некрасиво. Но ведь он ничего не обещал. Всё случилось по обоюдному согласию. Катя приехала к матери после развода с мужем-тираном. Она рассказала ему об этом. Ей было тяжело, ему тоже. И вот всё произошло. Просто так.

— Дяденька, вы не могли бы мне помочь? — послышался детский голос. Резко обернувшись, он увидел девочку лет семи-восьми с пустым ведром в руках.

— Мне нужна водичка, чтобы полить цветы. Мы с мамой только-только их посадили, а сегодня мама приболела. На улице такая жара, они же завянут. Тут совсем близко вода, просто мне ведро не дотащить. А я не хочу, чтобы мама узнала, что я сюда одна пришла. Если буду носить понемногу, это займёт много времени, и мама обо всём догадается.

Алексей улыбнулся:

— Конечно, показывай, куда идти.

Девочка пошла впереди, болтая без умолку. Через пять минут Алексей знал всё. И о том, что она твердила маме не пить холодную воду в жару, и о том, что теперь мама заболела. Лиза пришла на могилу к бабушке, которая умерла год назад. Бабушка бы отругала маму, и та не заболела бы. К тому же, Лиза уже целый год училась в школе и мечтала окончить её с золотой медалью.

Алексею становилось всё легче. Какие дети чистосердечны! Сейчас он понимал, что был бы счастлив, если бы у него была обычная любящая жена и ребёнок. Те, кто ждал бы его с работы. Его Ирина напоминала дорогую куклу, а о детях вообще не хотела слышать. Она говорила, что нужно быть полной дурой, чтобы лишиться красоты ради пищащего человечка. Они прожили в браке пять лет. И сейчас Алексей осознавал — нет у него ни одного тёплого воспоминания об их семейной жизни.

Он поставил ведро в оградку, и Лиза принялась аккуратно поливать цветы. Алексей посмотрел на памятник и застыл. На фото была соседка, с которой он договаривался о присмотре за домом. Мать Кати. Он перевёл взгляд на девочку.

— Галина Петровна была твоей бабушкой?